Массовые онлайн-курсы EdEra: что к чему?

0
517

Среднестатистический работающий человек готов тратить на профессиональное обучение всего 1% своего времени – это 24 минуты в неделю, а стандартные обучающие модули в 1-2 часа быстро наскучивают современной аудитории. Несмотря на это, онлайн-образование набирает все большие обороты. Платформы и студии, распространяющие массовые онлайн-курсы, учатся подстраиваться под нынешние тенденции и создавать разнообразный, интересный материал.

Журнал Community пообщался с Ильей Филиповым, сооснователем EdEra, – студии, которая создает массовые онлайн-курсы и пропагандирует онлайн-образование как альтернативу классическому. Из интервью можно узнать, почему в Украине мало качественного образовательного продукта, какие есть основные ошибки в создании обучающего видео-контента и что ожидает образовательную систему в Украине в ближайшем будущем?

— Объясните, что такое массовые открытые онлайн-курсы?

— Три слова в названии – «массовые открытые онлайн-курсы» – и раскрывают суть. Массовые – много пользователей, открытые – доступные для всех (сейчас это далеко не так), онлайн – происходит в Интернете. С этого начинался МITx (Бесплатные курсы Массачусетского института технологий), который перерос в edX. Но, когда мы говорим о массовых онлайн курсах, нам в голову приходит больше формат, нежели просто терминология. Это видеоматериалы, дополнительные материалы, открытые форумы для общения, тесты, новости о курсе. Это вещь максимально автоматизированная, с минимальным привлечением человека. Например, в ту же оценку тестов. Зачастую, участие человека остается только в ответах на форумах. Но сейчас эта сфера эволюционирует, появляется намного больше интерактивных форм. А чем больше таких активных форм, тем лучше усваивается материал. Придумываются симуляции, кейсы и так как в мире сфера коммерциализируется, специалисты думают о большем вовлечении человеческого фактора, о переходе в массовость и эффективность.

Илья Филипов – сооснователь и CEO студии онлайн-образования EdEra

— Подход к массовым онлайн-курсам отличается в Украине и за рубежом?

— Само слово онлайн-курс регламентировать довольно сложно. У нас в Украине под термином «онлайн-курс» могут выдаваться просто тексты, сборники PDF. Подход отличается в качестве конкретного продукта. Есть некачественные зарубежные платформы, есть отечественные. Качество можно отличить по несколько факторам. Первый фактор – структура. Онлайн-курс должен быть построен так, чтобы нарастала сложность, так называемая “форма перевернутой пирамиды”. Второй – онлайн-курс должен быть целостным, не просто набор видеозаписей экспертов, говорящих на камеру. Должно быть понимание того, что должен изучить человек. Третий – задания. Качество онлайн-курса можно проверить попыткой получить сертификат, не смотря ни одного материала. Если это удается, значит, задания написаны в спешке или исключительно для проформы. Часто задания получаются репродуктивного характера, еще и тексты лекций выложены, где эти ответы можно спокойно найти. Четвертый – это видеоматериалы. По ним можно понять весь подход к созданию онлайн-курсов. Один из наибольших грехов – это усложненный нарратив. Надо понимать, что информация на слух воспринимается иначе, чем в тексте. Просто прочесть книгу на видео – не работает. Мы, когда редактируем сценарий для образовательного материала, зачитываем предложение вслух и если возникают хоть минимальные сложности, значит, оно не воспримется и зрителем. Усложненный нарратив – это общая проблема постсоветской школы. А также мнимая экспертность и термины, которые подаются без объяснения. Это моментально демотивирует человека. Также большая ошибка – поместить в одно видео все, что можно по той или иной теме. Видео – это способ передать что-то лучше, чем в тексте. В 2015 году edX выпустило результаты исследования о том, что видео, которые длятся больше 6 минут, досматривают до конца значительно реже.

— Конспекты и другие дополнительные материалы – непривычная, но необходимая форма для онлайн-курсов. Как часто вы к такому прибегаете?

— Мы экспериментируем с формами дополнительных материалов. Когда-то мы запускали онлайн-курс для учеников и для учителей по украинскому языку. Мы понимали, что школьники не будут смотреть 24 часа академических видео, поэтому мы весь материал попытались разделить на две части. Самое простое и все исключения пошли в интерактивный учебник. А все, что нужно объяснять: концепции и примеры – в видео. Всю школьную программу по литературе и языку мы уместили в тридцать два видео в среднем по десять минут. У нас было по 35 тысяч просмотров на видео, всем понравилось. Также, мы добавили «лист ученика», который ты можешь распечатать и составить свой личный конспект. Дополнительные формы зависят от целевой аудитории. В курсе для экспортеров, которые работают с европейским рынком, есть много нормативных материалов, которые можно распечатать. Это активная форма работы с контентом, когда человек понимает, что он продвинулся в чем-то.

Всегда важны промежуточные тесты. Есть ряд исследований по поводу тестов. Людей делят на три группы. Им дают новый для них информативный текст и просят прочитать его трижды, вторую группу просят два раза прочитать и сделать тест, третью – один раз прочитать и два раза сделать тест. Через пять минут проверяют. У первой группы самая большая воспроизводимость материала, у второй – меньше, у третьей – еще меньше. Через неделю проверяют снова и все диаметрально противоположно. В EdEra мы проводим опросы после каждого нашего курса и многие благодарят за тесты. Говорят, что это мотивирует.

Артем Ильчук — сооснователь и проектный менеджер студии онлайн-образования EdEra

— Как вы выбираете темы?

— К нам часто приходят с определенными темами. Мы их изменяем, если они не решают проблему, с которой обращается заказчик. Очень часто отказываем в темах, из-за того, что образование не сможет решить ту или иную проблему. А бывает наоборот. Заказчик объясняет нам важность той или иной темы. Но 40% – это наша инициатива. Например, проект по английскому языку, математике, истории – это очень важно. Но в школе все это было скучным, а мы хотим заинтересовать людей. Изначально, мы были проектом для старшеклассников, но потом трансформировались, перешли и на студенческую аудиторию. Наш интерес в изменении образовательной системы – это легализация онлайн-образования. Мы хотим дать понять государству, что это хороший инструмент для всех. Потому что даже мировое онлайн-образование не воспринимается, как что-то только для молодежи. Средний пользователь Coursera – магистр, далеко не студент и не школьник. Нет единого целевого и тематического портрета. Но курс на ту или иною тему сильно отличается: темпом подачи, цветовой гаммой, приемами, форматом и для каждого курса есть своя юзер-история. Например, «Автостопом по биологии», хоть и для школьников, но его используют учителя для создания методик обучения.

— Какие тенденции наблюдаются в онлайн-образовании?

— Во первых, все идет на «уменьшение». Если три года назад я проходил онлайн-курс по программированию, и он длился 15 недель, то сейчас он разбит на три курса на edX. Все тяжелее привлекать людей к онлайн-курсам, они привыкают ко всему динамичному. И клиповое мышление, допустим, относится не только к младшему поколению. В мире, где информации все больше и больше, люди ищут быстрых решений. И их надо удержать в этом сумасшедшем информационном потоке. На наши курсы зарегистрировалось 110-120 тысяч человек. Большинство – учителя и родители. Несмотря на то, что у нас довольно тяжелые курсы. Мы поклонники того, что если мы выдаем сертификат, то это что-то значит. Но львиная часть материалов – для старшеклассников. Они заходят и смотрят конкретно тему, которая им нужна. И мы специально запустили сервис интерактивных учебников, где можно без регистрации попасть на нужную тему, а не на целый учебник, где все это еще нужно найти. На Youtube у нас 9 000 000 просмотров. Там огромное количество отзывов и людям не надо регистрироваться.

Бесплатные курсы – это для мотивированных людей. Это утопия – спасти всех тех, кто ненавидит учебу, онлайн-курсами.

— Есть ли критерии успеха онлайн-курса?

— Успех онлайн-курсов ничем не отличается от успеха той или иной марки молока на рынке. Все зависит от того, насколько сильный спрос, насколько попадаешь в целевую аудиторию. Как мы формировали спрос? Сначала мы были платформой, на которую просто выкладывали лекции и материалы, а затем выросли в студию, это два разных понятия. Мы видели хороших преподавателей у себя в университетах, но не видели культуры образовательного продукта. Нам было обидно, что знания, которые есть у наших экспертов, не имеют качественной формы: черный шрифт на доске, грустный нарратив, плохой дизайн и отсутствие мотивации. Студентам не интересно. Это обидно, потому что знания некоторых наших преподавателей не намного отличаются от тех, что преподают в Гарварде. У нас в культуре рассматривают в образовании только одну сторону – содержание, забывая про форму, а она не менее важна. Люди олицетворяют скуку и некрасивость подачи с самим предметом. Мы стали мостиком между теми, у кого есть знания, и потребителем, который должен их получить. Мы выбираем хороших, заряженных на дело лекторов, работаем над сценариями. Часто приходится отказываться от тех лекторов, которых нам предлагают компании-заказчики.  

— Когда появился запрос на создание онлайн курсов от компаний?

— Он потихоньку формируется. Мы четко понимание, когда компания хочет сделать что-то для пиара, а когда она хочет научить. Это две разные вещи, которые встречаются в соотношении 50 на 50. С первыми компаниями мы не работаем. Главное, чтоб пиар не был самоцелью, потому что курс получится плохим и незаконченным. Важно, чтоб в будущем люди, прошедшие тот или иной курс, могли претендовать на место в компании, поднимали уровень той или иной сферы.  

Иногда мы организовываем встречи с лучшими студентами, где собираются все партнеры. Мы дарим студентам подарки. Это способ пообщаться с этим прекрасными людьми. Несмотря на смещение мирового вектора, на создание более простых материалов, мы создаем сложные курсы, которые на выходе дают специалистов. И такие встречи – это способ узнать фидбэк, пообщаться с умными людьми. У нас была встреча по экспорту бизнеса на европейский рынок и к нам приехали студенты с разных уголочков страны. Это круто.

— Как проходит подготовка материала и поиск информации, которой нигде нет?  

— Надо ознакомиться со всем, что есть, и понять, что недоступно людям. Мы существуем четыре года, и за это время создали немного продукта, даже по сравнению с участниками украинского рынка. У нас всего 18 курсов, потому что мы тратим на один продукт от 4 месяца до 1,5 лет. Это концептуальная работа. Над идей по IT мы думали около двух лет. Наши авторы прошли много курсов западных университетов, затем украинских и поняли, какие на нашем рынке проблемы: отсутствие качественных иллюстраций, анимаций, динамики. Или, например, курс по английскому языку. Им мы хотим закрыть вопрос обучения раз и навсегда. Сделать продукт, охватывающий все по этой теме. Это длительная работа. Мы создаем образовательные решения. Просто так получилось, что онлайн-курсы – это основной акцент в нашей работе, но мы не ограничиваемся формами.

У нас есть курс по дискриманации в младшей школе, который создан для учителей. Когда мы готовили курс по украинскому языку, мы приходили в школы и снимали процесс, как ученики готовятся, пользуются материалом. Но в курсе по дискриминации, мы не можем показать, как дети кричат друг на друга. И мы придумали кукольный театр, где есть эксперт, наблюдающий за всем. И в конце курса мы показываем, что этими куклами управляли реальные дети. Онлайн-образование само по себе уже не инновация. Методика и форма – это инновация.

— Какие прогнозы по развитию онлайн-образования в Украине и какие планы у EdEra?

— Министерство образования уже начинает привлекать наши курсы в обучение, делать их обязательными для переквалификации учителей. Поэтому одна из целей – это использование онлайн-образования и нашей студии в частности на государственном уровне. Ведь это возможность быстрого и широкого распространения качественного образования в такой большой стране. В прошлом году мы вместе с партнерами Освиторией получили первый гриф Министерства на массовый открытый онлайн-курс по украинскому языку, а в этом онлайн-курс для учителей начальной школы стал обязательным для 22 тысяч учителей. Это всё прецеденты, которые ведут к широкому и осознанному использованию онлайн-образования.

Главное, чтобы качество курсов и онлайн-продуктов не упало в следствии быстрой экспансии онлайн-образования. Не смотря на то, что мы начинали с одним ноутбуком и гарнитурой, со старта ориентировались на высокие примеры: Гарвард, МИТ, университет Райса, Эколь политехник. Именно в плане студийной работы по производству курсов.

Тут, в принципе, важно разделить понятие платформы и студии. Мы, как и все вышеперечисленные, студия онлайн-образования, которая не размещает созданные продукты, а непосредственно разрабатывает с партнерами собственный качественный продукт. По своей методике, со своим продакшном и айти командой.

Сейчас у нас в разработке 24 проекта. В следующем учебном году в планах создать и запустить много новых продуктов на аудиторию студенты и старше. Не забрасывая продолжение работы с учителями и школьниками.  

В общем, мы хотим, чтобы онлайн-образование имело ценность, чтобы люди стали рассматривать такую форму как серьезный инструмент в обучении и где-то даже альтернативу. Также мы хотим, чтобы украинский образовательный продукт занял свою конкурентную нишу на западе. Прямо сейчас мы делаем первый шаг в этом направлении — пишем книгу по разработке программного обеспечения совместно с международным издательством Apress. Уже осенью она будет в доступе.

Для расширения штата, закупки нового оборудования и создания еще большего количества бесплатных образовательных продуктов мы сейчас собираем средства на СпильнокоштеТак что, каждый человек может присоединиться к нам и стать соучастником качественных образовательных изменений в стране.

НАПИСАТИ ВІДПОВІДЬ