Перед нами стоит вызов – создать новую модель высшего образования – Кристина Шехайтли

0
1415

На протяжении последних шести лет университеты по всему миру стремительно теряют своих студентов. Сорбонна, Бордо, Оксфорд, Кембридж, – везде наблюдается падающий интерес к высшему образованию. Несмотря на то, что в самых лучших университетах мира практика и так занимает большую часть учебного процесса (например, в ТОП-5 вузов мира процентное соотношение практики и теории равняется 70% к 30% соответственно), студенты еще больше тяготеют к использованию своих навыков в реальных ситуациях.

Как в таком случае должны реагировать университеты и что нужно делать украинским вузам и отечественной системе образования в целом, чтобы не отставать от всемирных трендов, – об этом мы поговорили с Кристиной Шехайтли, основателем международного стратегического и антикризисного агентства BEWEIS. Кристина – эксперт-консультант в проекте реформирования одного из крупнейших частных вузов страны и сегодня она готова провести нас в закулисье процесса форматирования украинского образования.

— Расскажите подробнее, в чем заключается проект реформирования университета?

— Это проект форматирования и реформирования одного из крупнейших частных университетов Украины. Пока что этот вуз не является топовым, если рассматривать весь список университетов Украины, но в скором времени он может таким стать. Как мы видим, по всему миру падает интерес к высшему образованию и с такими темпами через 3-5 лет в Украине может не стать частных вузов, в принципе. Поэтому нужно что-то менять.

Реформирование университета – это беспрецедентный случай. Любое высшее образование строится на трех китах: образовательном продукте, уровне подготовки сотрудников и материально-технической базе. В данном университете мы имеем достаточно прогрессивное руководство и команду преподавателей, а также хорошую базу. Ключевое, что нужно изменить – так это продукт, методологию обучения.  Нужно адаптировать их под те задачи, которые сегодня стоят перед студентами.

— Что нужно изменить в украинском образовании?

— Я уже много лет работаю в нейромаркетинге и последних полтора месяца активно изучаю мозг детей. Так вот, если сравнить мой мозг и мозг ребенка, то активность последнего будет впятеро больше. Это не потому, что в таком возрасте дети очень активны, нет. Все дело в том, что нынешнее поколение физически и физиологически готово воспринимать больше информации, учиться быстрее. Оно рождается с уже более совершенным набором навыков.  И вот сейчас проблема в том, что университет не готовит студентов в разрезе обучения необходимым навыкам. Университет как образовательный институт сегодня обеспечивает, в большой степени, информацией, которой и так много в открытом доступе.

Весь мир ждет новых моделей образования. Когда-то пробовали переходить и в онлайн – не получилось, поэтому я убеждена, что самой работающей схемой является микс, комбинация подходов. Мы должны взять лучшее из зарубежной системы образования и совместить его с лучшими отечественными практиками. Добавляем к этой кухне ингредиент прогнозирования будущих тенденций – и получаем результат.

— С чего Вы планируете начать реформирование университета?

— Нам очень повезло, что в идею реформирования верит ректор университета, верит команда университета. У нас, как у инициаторов этого, своего рода, переворота, уже состоялся небольшой ускоренный старт, и мы получили «зеленый свет» от руководства на начало работы. Думаю, что стратегическое планирование, разработки методологии и подходов займет полтора месяца, а дальше – в реализацию. С нового учебного года мы запустим этот процесс – и, я думаю, уже через год сможем увидеть первые большие изменения в команде университета, в методологии, в подходе к оцениванию студентов, в их жизни.

— А если будут те преподаватели, которые не захотят меняться?

— Здесь мы никого ломать не будем. Либо мы верим и двигаемся вместе, либо не верим. Я всегда говорю, что такие изменения – это вопрос веры, выбора и ответственности.

Я преподавала в Украине и за рубежом для студентов первого и пятого курсов. Когда я рассказываю, что такое маркетинг-стратегия и спрашиваю, зачем им это нужно, как правило, по два-три студента с курса уходят и меняют специальность кардинально. Потом они становятся лучшими в тех вузах, куда перевелись, просто потому что получают удовольствие от того, что делают. Это вопрос осознанного решения.

Думаю, относительно преподавателей и административного состава этого университета получится что-то похожее. Ректор очень заряжен и, так или иначе, он влияет на всю команду. И мы уже увидели, что большая часть преподавателей выступает за изменения. Определенно, в составе команды пройдет отбор, но здесь должно быть понимание, что мы не конкурируем, а движемся все с одной идеей. Мы не в коем случае не будем навязывать свои идеи преподавательскому составу, так как именно они – те люди, которые проводят каждый день со студентами и знают эту атмосферу до мельчайших деталей. Они фронт-мены университета. Без этих людей мы просто не справимся!

— Какие именно шаги Вы собираетесь сделать?

— Мы начинали наш разговор с того, что любая образовательная программа строится на трех китах и наше реформирование будет происходить в трех составляющих. Первое – это сам продукт и подход к образованию. Мы будем переходить больше в практическую плоскость, создавать лектории, но совсем не в классической интерпретации. Это интерактив, при котором мы не абсолютизируем опыт преподавателя, а вместе с ним на равных обсуждаем конкретную задачу и приходим к ее решению или обсуждаем определенные тренды, тенденции. Прежде всего, это 70% практики, 30% теории через разные симуляции, игры, кейсы и т.д. Это ключевое, что мы изменим по продукту. Также будет пересмотрена система и программа: какие специальности мы оставляем, какие специальности мы убираем.

Второе – это команда. Естественно, что будут добавляться практики в рабочую команду, возможно, с некоторыми нужно будет попрощаться – нам нужна сильная команда, которая будет двигаться дальше уверенно и вместе развивать университет. Работа с командой не ограничится только составом преподавателей, мы изменим и атмосферу внутри команды, полностью поменяем мышление.  Это будет постоянная работа рука об руку с преподавательским составом и с административной командой университета.

Третье – это ресурсы и материально-техническая база университета. Здесь есть потрясающие лаборатории, замечательное техническое оборудование, обеспечивающее медийную и промо поддержку. При чем уровень технического обеспечения достаточно высок. Я думаю, что это будет интересно бизнесу, который включится в процесс.

— К чему Вы стремитесь?

— Знаете, Ливан является четвертой страной в мире по качеству системы образования. Там на основе аналитики студентов второго и третьего курсов можно заводить уголовное дело против компании или серьезно привлекать на высоком уровне государство к решению конкретных задач.  Почему? Потому что есть высокий уровень доверия к качеству аналитики студентов.

Представьте себе, что будет, когда нам удастся сделать вот такую же систему в университетах Украины, когда к качеству студентов будет высокое доверие. Тогда не будет вопроса, что они отсиделись в университете, ничего не понимают. Вот из этого мы и будем исходить, будем максимально привлекать практиков со всей Украины и всего мира, чтобы они делились опытом и реализовывали совместные кейсы.

— По сути, Вы формируете бренд университета, не так ли?

— Однозначно. Мы изменим бренд университета, создадим новый логотип, фирменный стиль университета. Появится совершенно другая коммуникация бренда в социальных медиа, оффлайн. Также мы планируем подготовить к сентябрю большой форум, на который пригласим и отечественных, и зарубежных практиков. Я думаю, что подход трендсеттеров, то есть тех, кто задает тренды, – это точно наш путь и это то, над чем работает сейчас команда. Мы переупаковываем, перепозиционируем бренд университета, чтобы к сентябрю уже все увидели, что образование может быть другим.

— А есть ли подобные университеты-бренды сейчас в Украине?

— Есть классические университеты-бренды, которые сложилось исторически и очень медленно меняются. Это как в бизнесе. Существует три категории компаний: те, которые растут инертно; те, кто проводят какие-то изменения, и те, кто незаметно, но достаточно быстро растут. Так вот, именно третий тип является наиболее опасным. Компании этого типа достаточно динамичны и быстро выходят на первую позицию. Так вот, частный университет имеет все шансы быть именно таким типом университета, с которым захотят сотрудничать.

— Почему изменения в частных университетах проходят быстрее?

— Частные вузы являются более гибкими, чем государственные. Это не потому, что последние боятся меняться, а потому что с их структурой это сложно сделать быстро. Существует определенная система согласования, методология, цепочка инстанций утверждения. В то же время частному университету, благодаря его форме, гораздо проще принять решение – и оно тут же пойдет в действие.

Когда ректор или проректор государственного вуза смотрят на то, что им придется пройти несколько кругов мучений на пути к изменениям, они предпочитают этого не делать или делать какие-то минимальные действия, которые не требуют столько усилий. Здесь нужна поддержка со стороны государства, но пока ее нет в достаточной мере, у частных вузов есть все возможности, чтобы быстро адаптироваться к требованиям современной жизни и вырваться вперед.

— Вы изучали опыт зарубежных университетов. Что в иностранных системах образования может пригодиться в Украине, а что – нет?

— В рейтинге лучших университетов мира за 2018 год пятерку закрывают Массачусетский технологический институт, Стэнфорд, Гарвард, Калифорнийский технологический институт и Кембридж. Во всех них есть очень похожий подход к образованию. Например, в Калифорнийском университете есть так называемый кодекс чести, который предполагает свободу студента и, соответственно, его ответственность. Там студенты берут экзамены на дом и срабатывает высокий уровень доверия. Нужно довериться студенту, чтобы он не списал, не подсмотрел, честно все сделал самостоятельно. Можно ли эту систему перенести в Украину сейчас? Думаю, нет. Это то, что взращивается годами, и взращивается достаточно методично, технично, постепенно.

Что можно взять лучшее из мировой практики? Это больше практических занятий, жесткая система тестирования и большая составляющая личности. Например, в ливанской образовательной системе есть промежуточные экзамены между семестрами и, если студент не проходит на трех экзаменах – его выгоняют с университета. Это достаточно жесткая система, рассчитана на большие рывки и стремительные изменения. И тому есть реальные доказательства: в Украине 90% образованного населения, а в Ливане – 56% среди женщин и 48% среди мужчин. Но все 100% образованных ливанцев котируются по всему миру, чего не скажешь об Украине.

Еще пример: Французский институт в Украине, который действует при посольстве Франции. Я проходила эту школу и могу сказать: начинали мы группой с 30 человек, а заканчивали составом в шесть. Как отсеивались все эти люди? На экзаменах, когда приходили неподготовленными; во время попытки дать взятку, потому что институт считает, что его репутация дороже денег. Как результат, выпускников этого института считают лучшими. Их берут на работу без собеседований и интервью, так как уверенны в качестве их подготовки.

Это, в принципе, позитивная мировая практика – ценить свою репутацию и уровень подготовки студентов бескомпромиссно выше, чем коррупционные схемы и личную выгоду. Эту  практику я имела честь наблюдать в Сорбонне, в Бордо и в других крупнейших вузах Франции и Европы.

— А что касается украинской образовательной системы. Есть ли что-то такое, что нужно оставить?

— Конечно, в нашей современной и советской системе образования очень много хороших методик. Сейчас в мире только начинают разворачиваться от узкой специализации и переходить к комплексным знаниям. Представьте себе, только за последний год в США и Европу выехало около 15 тысяч украинских врачей. Почему? Потому что они обучены комплексным знаниям и умеют то, чего не умеют другие зарубежные специалисты.

— Как сделать украинское образование более престижным?

— Есть несколько факторов, почему наши студенты уезжают за границу. Первое – это предвзятость работодателей. Если ты закончил европейский вуз, будь то Оксфорд или какой-то польский университет, тебя уже считают европейцем, совсем другим человеком. Со стороны бизнеса существует определенная недооценка наших студентов и университетов. Поэтому изначально нужно понять, что нигде нас не будут уважать, если мы не уважаем себя. Это ключевое.

Второе – это непонимание своей ценности профессорами. Если преподаватель не понимает своей ценности, то он не будет ее нести, и студенты не будут ее видеть. Но, опять же, нельзя требовать от профессуры понимания своей миссии и ценности, если сам университет не ценит свой преподавательский состав. Поэтому в университете, который мы реформируем, условия, в которых живут и работают преподаватели, будут отличаться. Всё для того,  чтобы команда университета чувствовала себя по-другому.

У нас даже есть идея «забросить» преподавательский состав в  «поля», в бизнес и, наоборот, практиков в университет. Я думаю, что с этим проектом мы обязательно это реализуем. Есть достаточно грамотные и харизматичные преподаватели, чтобы вести бизнес на высоком уровне, также как есть и среди практиков те, кто не очень хорошо работает со студентами. Мы будем ломать стереотипы и двигаться в сторону синергии и эффективности.

— Как скоро Вы ожидаете увидеть качественные изменения в украинской образовательной системе?

— Я думаю, что через пять лет уже можно будет увидеть хорошую динамику, ведь за это время можно сделать достаточно много. К тому времени наш проект может кардинально изменить рынок высшего образования в Украине и за рубежом. А через десять лет уже прогнозируется другая система образования. К тому времени есть большая вероятность, что национальные вузы тоже переформатируются, рынок создаст сам себя.

Уже через десять лет появится положительная претензия со стороны украинских предпринимателей, они привыкнут к высокому качеству студентов и выпускников вузов. Поэтому нужно менять не только трудовой и образовательный рынок, но и подтягивать бизнес сегмент для взаимодействия с новой генерацией студентов и выпускников, иметь возможность обеспечить их задачами высокого уровня. Качественное образование – один из ключевых компонентов успешной страны. Совсем скоро возникнет совершенно другая модель высшего образования и это ключевое, что сейчас стоит перед нами и о чем стоит помнить.

НАПИСАТИ ВІДПОВІДЬ